Экстренная помощь людям в опасности и подпольные встречи для закрытого сообщества — так продолжают существовать ЛГБТК+ организации, не прекратившие деятельность в России.
После признания «движения ЛГБТК» экстремистским и последовавшей волны преследований многие организации столкнулись с блокировками, уголовными делами и крупными штрафами. Полиция проводила рейды в пространствах и на закрытых мероприятиях, а активистов задерживали и отправляли в СИЗО.
«Чем сильнее давление, тем больше внимания движению»
Русскоязычный инфопортал, существовавший почти два десятка лет, изначально возник как просветительский проект и место поддержки людей с ВИЧ. С развитием политической ситуации ресурс стал больше писать о правах ЛГБТК+ и бороться за доступ к информации и услугам, что привело к частым блокировкам и правовым преследованиям.
Чтобы обезопасить работу, связанную с просвещением и поддержкой, часть команды переехала за границу. Организация получила статус «иностранного агента», затем на журналистов и активистов стали налагаться штрафы на миллионы рублей. Команда подчёркивает, что важна видимость организаций для самих людей сообщества, несмотря на риск давления на их родственников и окружение.
80% трансгендерных людей в России хотят уехать
Проекты, специализировавшиеся на поддержке транс‑людей, выросли из терапевтических групп и быстро стали центрами, где люди могли получить психологическую помощь, обменяться опытом и узнать о медицинских и миграционных возможностях. Очные встречи иногда привлекали сотни участников из регионов.
После ухудшения правовой ситуации и принятия запретов, затрагивающих транс‑переход, такие организации столкнулись с массовыми преследованиями. Команды эвакуировали сотрудников, закрывали шелтеры и переводили консультации в онлайн. По оценкам представителей движения, около 80% трансгендерных людей сейчас рассматривают эмиграцию как способ безопасно жить.
Комьюнити‑центры уходят в подполье
Некоторые комьюнити‑центры, создававшиеся как безопасные общественные пространства с кафе, библиотеками и мероприятиями, были вынуждены перейти в подпольный режим. Главным приоритетом стала экстренная помощь — эвакуация людей, размещение в шелтерах и приём кризисных обращений.
Раньше подобные центры могли проводить открытые фестивали и встречи, иногда даже с охраной. Сейчас мероприятия переносятся в закрытые форматы, а сам центр «кочует» по разным локациям, чтобы снизить риски и продолжать бороться с изоляцией у благополучателей.
Репрессии за идентичность и переход в онлайн
Одни из старейших правозащитных организаций, оказывавших юридическую и психологическую помощь, были вынуждены объявить о приостановке офлайн‑деятельности и перевести работу в цифровой формат после получения статуса "иностранного агента" и последующего признания экстремистскими. Команды развивали анонимные каналы связи, безопасные системы хранения данных и волонтёрские сети.
Исследования и собранные архивы свидетельств показывают, что в последние годы подавление затронуло не только публичные высказывания, но и саму идентичность: личные фотографии, блоги о совместной жизни и домашние встречи начали квалифицироваться как «пропаганда» или «экстремизм». Это означает, что правозащитникам предстоит ещё много работы по документированию нарушений и поддержке тех, кто оказался под угрозой.
Несмотря на репрессии, активисты продолжают оказывать юридическую, медицинскую и психологическую помощь, строят сети эвакуации и дают кризисные консультации — зачастую в условиях подполья и с минимальными ресурсами.
