Исследование Института мировой экономики в Киле (IfW) и Стокгольмского института переходной экономики показывает, что ликвидные активы Фонда национального благосостояния сократились за годы войны с 6,5% до 1,8% ВВП. Одновременно дефицит федерального бюджета в первых трёх месяцах 2026 года превысил годовой план, а нефтегазовые доходы в первом квартале упали примерно на 45% по сравнению с прошлым годом.
По словам авторов исследования, в первые годы конфликта российская экономика демонстрировала большую устойчивость, чем ожидали многие, но теперь бюджетные резервы в значительной степени исчерпаны и экономическая база ослабла. Временное повышение цен на нефть вряд ли компенсирует долговременное истощение ресурсов.
Риск роста инфляции
Документ отмечает, что для покрытия военных расходов власти всё активнее прибегают к внебюджетным источникам, наращивают кредитование и используют косвенную поддержку через банковскую систему. С начала конфликта задолженность компаний выросла — банки перераспределяют ресурсы в пользу отраслей, связанных с военными расходами.
«Главное ограничение сейчас — это не деньги, а рабочая сила, технологии и производственные мощности», — отмечают соавторы исследования. По их мнению, Москва может найти дополнительные финансовые ресурсы, но наращивание расходов в условиях дефицита рабочей силы и санкций может разогнать инфляцию, а не существенно увеличить военный потенциал.
Усиление зависимости от Китая
Авторы исследования указывают, что около 35% российской внешней торговли приходится на КНР. Китай обеспечивает поставки большинства критически важных гражданских и военно‑промышленных товаров и запасных частей, существенно компенсируя дефицит компонентов, подпадающих под западные санкции.
Рост зависимости в торговле, технологиях и финансах даёт китайской стороне возможность диктовать условия. Исследование предлагает ужесточить контроль за экспортом в Россию и предпринять шаги по сокращению экспортных доходов как меры для увеличения внешнего давления на экономику.
