Биографические издания о жизни и творчестве поэта Владимира Высоцкого и писателя Михаила Булгакова включены в перечень книг, которые подлежат специальной маркировке в рамках закона о запрете «пропаганды наркотиков».
Информация о новых позициях появилась в списке Российского книжного союза. В этот перечень заносят произведения, где присутствуют упоминания наркотиков и которые с выхода 1 августа 1990 года должны сопровождаться соответствующей пометкой.
Согласно списку, маркировку должны получить книга Владимира Новикова «Высоцкий: Мне есть чем оправдаться перед ним», а также три работы о Булгакове: «Михаил Булгаков» (серия «Жизнь замечательных людей», пятое издание) Алексея Варламова, «Булгаков. Мои воспоминания» Любови Белозерской и «По следам Мастера и Маргариты. Маршруты от гида музея „Булгаковский дом“» Екатерины Горпинко.
Ранее в перечень уже были внесены произведения Виктора Пелевина, Сергея Лукьяненко, Стивена Кинга, Чака Паланика, Харуки Мураками, а также переводы классической литературы, изданные после 1 августа 1990 года. Среди них — романы «Гэм» Эриха Марии Ремарка и «К востоку от Эдема» Джона Стейнбека.
В том же списке значатся и другие книги из серии ЖЗЛ: «Венедикт Ерофеев: Человек нездешний» Александра Сенкевича, «Валерий Брюсов. Будь мрамором» Василия Молодякова и «Вера Холодная. Осколки мифов» Евгении Климовой.
Новые правила маркировки и роль нейросетей
Поправки к закону о запрете пропаганды наркотиков, вступившие в силу в России 1 марта 2026 года, запрещают не маркированные упоминания наркотиков в СМИ, книгах, музыке и кино. Специальная пометка должна сопровождать все произведения, выпущенные в стране после 1 августа 1990 года.
Для издательской отрасли была создана специальная программа на основе технологий искусственного интеллекта, призванная автоматизировать проверку текстов. По словам участников книжного рынка, алгоритмы могут допускать странные срабатывания: так, сообщалось, что нейросеть восприняла фамилию писателя Дениса Драгунского как «пропаганду наркотиков», увязав её с английским словом «drug».
Представители издательств также отмечают, что ряд авторов не соглашается на правки и сокращения своих текстов, которые требуют новые нормы, и отказывается самостоятельно вносить цензурные изменения.
